— Похоже, ты не можешь перестать бросать людей, да?! — Лаура была готова нанести любой из возможных ударов по своему дезертиру.
— Кхм, — он посмотрел на неё долгим и суровым взглядом, — он сбежал, и нам следует пойти, отыскать его и забрать оттуда. И предупреждая ваш вопрос: да, у нас возникла блестящая идея использовать веревку, чтобы найти дорогу обратно. — Он посмотрел на Наоми в ожидании одобрения и поддержки. Немного подумав, он согласилась и кивнула ему.
— Я думаю, что есть кое-что поважнее. Он просто сходит с ума.
— От игры в персонажа или от пребывания здесь? — спросила Наоми с оттенком сарказма.
— Наверное и от того и от другого. Пошли, чем дольше мы разговариваем, тем дальше он проникнет в туннель, и тем вероятнее, что… — Он посмотрел на Лауру, ожидая ее реакции. — Наиболее вероятно, что нам придется оставить его здесь.
— Как ты можешь дружить с этим человеком?! — Лаура повернулась к своей новой подруге и угрожающе прищурилась. Единственным ответом ей было молчание.
Затем все трое взялись за веревку, которую детектив услужливо проложил во время погружения в безумие, и с фонариком Наоми стали медленно двигаться по коридору, а Джерри взял на себя роль ведущего. Они свернули за угол и увидели туннель, уходящий все глубже и глубже в тьму вызывающую ужас и словно предвещающую гниение человечества. Воздух казался густым, словно патока, ненатуральным и враждебным, воздействующим на все их органы чувств одновременно, и они задавались вопросом, как детективу удалось зайти так далеко. В конечном итоге спуск закончился в комнате с низким потолком и полом, сделанным словно из грязи, а не из бетона. Посреди комнаты стоял каменный колодец, и в нём потоки разноцветной жидкости медленно стекали по стенам и переливались через края. Изнутри колодца исходил слабый свет, и, несмотря на все человеческие и нечеловеческие инстинкты, подсказывающие Джерри бежать отсюда со всех ног, он ничего не мог с собой поделать. Ему пришлось заглянуть в него и расмотреть, что там находится внутри. Ему было необходимо посмотреть в бездну. Он оглядел комнату и заметил, что детектива нигде не было видно. Было только одно место, куда он мог пойти. Осторожно продвигаясь вперед и пытаясь побороть мучительную тошноту, давящую на солнечное сплетение, словно таран, он украдкой бросил взгляд внутрь колодца. Он был достаточно глубок. Джерри подходил все ближе и ближе, рассматривая стены, по которым текла яркая цветная жидкость. Глубина, должно быть, составляла не менее двух десятков метров, но в самом низу, в самой темной пустоте, в которую он когда-либо заглядывал, Джерри безошибочно увидел и ощутил блеск, опалённого яростью человеческого взгляда, вместе со слабой улыбкой обещающей возмездие. Кроме этого фигура, казалось, показывала Джерри средний палец, но он не был в этом уверен. От этого зрелища у него внутри всё сжалось и, растолкав женщин, он ринулся обратно к выходу, следуя за веревкой и, крича им на бегу, чтобы они следовали за ним как можно быстрее. Он не был особо доволен тем, что потерял хладнокровие до такой степени, главным образом потому, что знал, что Лаура не преминёт снова нанесет ему удар, и он не был уверен, какую долго он ещё сможет это выдерживать.
Джерри не был самым быстрым бегуном в мире, и обе девушки почти догнали его недалеко от коридора, ведущего к решётке, отделявшей его от свободы. Внезапно, вынырнув из темноты на плечо Джерри опустилась рука, горячая и тяжелая.
— Это в самом деле твой обычный, ежедневный путь на на работу, не так ли? — Усталый голос офицера Тима успокаивал воспалённые уши.
— Твой…? — Наоми посмотрела на Джерри, но решила не вмешиваться, поняв, что скорее всего просто не в курсе некоторых важных моментов разговора между ними.
— Совершенно верно. Так я ежедневно добираюсь на работу, а сегодня я взял с собой двоих девушек, чтобы провести с ними экскурсию по фабрике. И я уже даже не боюсь темноты, потому что они, как и я, захватили с собой фонарик, хотя он почти не работает. — Каким-то образом Джерри конкретно помнил ложь, которую он сообщил ранее офицеру Тиму.
— Послушай, кто я по-твоему?! Безмозглый идиот, которому можно навешать лапши на уши?! — Его внезапная вспышка привела Джерри и его товарищей в состояние крайней нервозности.
— Часы посещения гостей заканчиваются ближе к концу рабочего дня, а сейчас уже больше девяти вечера! Помимо всего того, что творится с коровами, ты ещё и нарушаешь правила внутреннего распорядка?! Какое-то время я думал, что тебя нужно отправить в старую добрую тюрьму, но теперь я вижу… ты заслуживаешь того, чтобы оказаться в психушке! — Офицер довёл себя до настоящего исступления.
— Что ж, у меня есть для вас кое-что интересное, достопочтенный законник. — Офицер никак не отреагировал на его сарказм. — Я нашёл Роджера, того самого, которого ты искал всё это время. Я даже могу привести тебя к нему, но прежде, чем мы туда отправимся нам придется заключить сделку. — Джерри знал, что его друг не сможет вечно бегать от этого решительного полицейского, особенно если жизнь когда-нибудь вернётся в нормальное русло. Он изо всех сил старался придумать план, как пресечь это дело в зародыше раз и навсегда.
— Конечно, вот слова настоящего мошенника. Дай-ка угадаю, от этой сделки я не смогу отказаться? — Его злость быстро сменилась насмешкой.
— Почему? Ты несомненно можешь отказаться от этого. На самом деле, в твоей власти делать буквально все, что ты хочешь и можешь. Технически, всегда есть выбор.
— Тогда выкладывай всё побыстрее и будь осторожен. Все, что ты скажешь сейчас, я запомню, чтобы использовать против тебя в суде. — Время, проведённое под землей, лишило офицера того немногого терпения, которое у него ещё осталось после начала самых худших дней в его карьере.
— Я приведу тебя к Роджеру и даже уговорю его сотрудничать с тобой. — Он знал, что ему не удастся убедить Роджера сотрудничать с кем-либо вообще.
— Он правдиво, без всякой ерунды расскажет тебе всё о том, что ты хочешь знать. — Любое объяснение Роджера без ерунды было также возможно, как дождь без воды.
— Взамен, мне от тебя нужна только одна вещь. Если ему придётся за что-то отвечать перед законом, то пусть останется на свободе до суда. Дай ему полную презумпцию невиновности, которую он… заслуживает. — И Наоми, и Лаура были под впечатлением от того, насколько дипломатичным был Джерри, тем более что дело касалось судьбы его друга Роджера.
— Как будто у меня есть выбор! — Офицер Тим потёр ладонями глаза и внезапно понял, насколько он устал от погони и поиска подозреваемых, через которые ему пришлось пройти. — Отлично! Я подумаю об этом! А теперь веди меня к нему!
— Это… Послушай, мне, как бы нужно, чтобы ты согласился, Тим, а не просто подумал об этом. Иначе я не смогу сказать тебе, где он находится. Если кто-то и может это понять, то это только ты, Тимми. — Его попытка проявить дружелюбие больше всего походила на насмешку, чем на что-либо еще.
— Сейчас ты не можешь диктовать мне какие-либо условия. Напоминаю, что скрыть от меня правду – это преступление: воспрепятствование осуществлению правосудия. Прямо сейчас вы противодействуете моему расследованию, так что мне действительно следовало бы арестовать тебя прямо сейчас. — Он посмотрел на Наоми и Лору.
— И вас двоих тоже за то, что вы были его сообщницами. Это понятно. У меня здесь больше власти, чем ты можешь себе представить, Джерри. Говори сейчас же, где Роджер, или, Бог свидетель, я арестую вас всех и вдобавок вызову ФБР. — Независимо от того, сможет ли офицер Тим воплотить в жизнь свои угрозы или нет, он искренне верил, что сможет.
— Привет! Эй, ребята, вы там живы?! — Голос Роджера прогремел через решётку и послышался в туннеле. — Офицер Тим улыбнулся и начал подниматься по наклонному подъёму к выходу, где его ждал самый опасный враг.