Первые несколько недель после происшествия были трудными для всех, но со временем всё вернулось в относительно нормальное русло. Полная изоляция города заставила его обитателей полностью сосредоточиться на местной промышленности, и, кроме этого произошёл заметный рост сельского хозяйства, чтобы компенсировать недостаток импортной продукции. Они даже строили новую улучшенную скотобойню рядом с тем местом, где когда-то стояла Большая Корова, чтобы удовлетворить потребности местного населения в мясе. Некоторые уроки никогда не усваиваются. Многие люди искали работу в новых отраслях, а многие другие привыкали к новой реальности, в которой их прежнее образование больше не имело большого значения. Городу нужно было больше людей, которые могли бы работать руками, а не головой, и в конечном итоге он это и получил, к лучшему или к худшему.
Джерри всё ещё не решил, что делать со своей жизнью теперь, когда его работа охранником в “Большой корове” осталась в прошлом, и поэтому он проводил время в качестве помощника Роджера, который не только держал открытым свою школу “Свободный мозг”, но и было видно, что его дело процветало больше, чем когда-либо прежде, особенно после того, как ему ампутировали ногу, после того, как ему сообщили, что время восстановления лодыжки может растянуться на годы, если не десятилетия. Во времена сильного кризиса люди охотнее приобщаются к маргинальным убеждениям и практикам. Это была очень спокойная работа, и она заключалась в основном в наказании учеников Роджера, когда они неправильно следовали его инструкциям, и наполнении его бутылки водой. Он не возражал. На этом этапе ему определенно было нужно немного спокойной жизни.
Наоми также вернулась в свою студию рисования, обучать детей, чьи родители заставляли их заниматься внеклассными занятиями, чтобы те чаще выходили из дома. Им по-прежнему, как и до кризиса, не хватало таланта, и ей было очень легко вернуться к своим старым привычкам. На самом деле ни один из троих друзей детства не заметил, чтобы их жизнь сильно изменилась; они до этого уже были изгоями и по-своему отшельниками.
Единственным аспектом их жизни, который изменился, было то, что они все теперь жили вместе в одном многоквартирном доме, в забытой части города, избежавшей хаоса и разрушений, которым подверглась остальная часть города. За заслуги перед Народом им было предоставлено бесплатное жилье до конца времен. Не такая уж и плохая сделка, если принять во внимание все обстоятельства.
Время от времени наезжали люди в военных защитных костюмах и с головы до ног в защитной экипировке, чтобы забрать несколько человек для исследований, и возвращали их обратно только через несколько дней. Они не выглядели измождёнными, но поклялись под страхом смертной казни не обсуждать того, что с ними делали. Понятно, что они всегда выбирали молчание перед лицом всех искушений высказать правду. Время от времени у горы, где всё ещё оставался провал, появлялись группы ученых со странными аппаратами, а также экскаваторы, очевидно, пытающиеся проникнуть в тайну, сокрытую для них под неизвестно сколькими слоями грязи, стали и бетона. Однажды они доберутся до этого, но, будем надеяться, что не слишком скоро.
Офицер Тимоти Крестин наконец очнулся и вышел из образа спящей красавицы только для того, чтобы обнаружить себя запечатанным в камере и под наблюдением, окруженном странными мужчинами и женщинами в белых халатах. Среди них была и Сара, освобожденная от своих преступлений на основании безумия и теперь тайно работающая над своей Нобелевской премией по радиобиологии, премией, которую ей никогда не получить. Тим, очевидно, получил такую большую дозу радиации и не умер, что правительство решило, что в обозримом будущем он будет более всего полезен им в качестве лабораторной крысы. Благодарность приходит во многих формах, особенно в несуществующих.
Лаура поселилась в своей разрушенной библиотеке, посвятив свою жизнь восстановлению её былой славы. Её безумные манеры и непонятое стремление к архаике поначалу отталкивали людей, но со временем они сблизились с ней как с необходимым монолитом пороков знания. Джерри взял за привычку приходить помгать с обречённым проектом сначала из жалости, затем ему это понравилось. Дело это было сложное, а это, естественно, означало, что оно интересовало людей, не имеющих к этому никакого отношения. Его это совершенно не беспокоило. Большую часть вечеров Джерри проводил, сидя на крыше со своими друзьями, наблюдая вдалеке, как люди снова и снова пытались прорваться через кордон вокруг города, пробираясь то там, то здесь, только для того, чтобы быть пойманными, а иногда слышался и выстрел. Ни один человек так и не смог пройти через заграждение, а многочисленные попытки рыть туннели были быстро пресечены незаметными похищениями людей, из которых никто и никогда уже не вернулся. Тем не менее попытки продолжались, словно бросаясь головой в кирпичную стену в слепой погоне за своими эгоистическими идеями свободы. Это просто то, что люди могли сделать на этом этапе. Друзья наблюдали за происходящим с удовольствием, зная, что та же самая бессмысленная решимость должна была раскопать все, что они похоронили, и продолжить цикл заново. Они пытались думать о будущем, но их всегда пугали собственные мысли, и они предпочитали не думать об этом. Они согласились с тем, что настоящее, в любом случае, может предложить гораздо больше. Птица, пробравшаяся через кордон, пролетела над головой и сбросила свой груз на плечо Роджера. Он понимающе улыбнулся этому. Такие вещи случаются.