Когда Наоми и Лора добрались до “Большой Коровы”, они увидели там сидящих и ожидающих их Роджера и Джерри, а тело покоилось на носилках, спокойное, как всегда. Они оба были очень удивлены, когда увидели, что девушкам в самом деле удалось разгадать секрет, как вытащить картину из ямы. Роджер тут же спросил, как им удалось достичь невозможного, и Наоми сообщила, что они просто отрезали её от корней. Она поставила себе сказать, что Лаура действительно им кое в чём очень помогла, хотя та стояла в стороне, делая вид, что ничего не слышит их разговора, и в то же время впитывала в себя каждое слово и звук из него.
Атмосфера вокруг них накалялась, словно петля затягивалась на шее приговорённого, создавая иллюзию шанса на побег, неся при этом мрачную реальность неизбежной гибели. Все они были уставшими, избитыми, покрытыми шрамами и испытывающими постоянную ноющую боль, которую на этом этапе научились игнорировать. Вдали послышались крики то ли радости, то ли страдания, которые слились в с неразличимой массой толпы, которая с каждой секундой становилась все больше, захватывая всё новых и новых людей в своём движении по улицам города. Это тоже было чем-то, что они научились игнорировать.
— Принимая во внимание все сложившиеся обстоятельства, этот новый мировой порядок не так уж и плох. — Заявил Роджер с мрачным видом человека, познавшего глубинные причины трагедии.
— Я даже начинаю привыкать к нему. На самом деле, мне это даже очень нравится. — Он склонил голову набок и несколько раз кивнул своим товарищам. Лауру слегка стошнило.
— Знаете, мы можем признать, что мы глубоко в дерьме. В этом нет ничего плохого. Мы либо утонем в нем, либо выберемся наружу… но мы ни за что не привыкнем… к этому. — Джерри обвёл рукой, окружающее их спокойное запустение.
— Мы отрезаны от внешнего мира, и в какой-то момент он нам понадобится, чтобы выжить. Нет, Роджер, этот новый мировой порядок может поцеловать меня в задницу. Он убил Кэтлин, Роджер, и ты это знаешь. — Он тотчас же пожалел о словах, вылетевших из его уст.
— Тебе не кажется, что я все это и без тебя итак знаю?! — Рявкнул он в мгновение ока. — Вера в лучшее будущее и силы космоса — единственное, что способно спасти нас сейчас! — Из его глаз вытекло несколько слез. — Я… я знаю… скорее всего, нас ничто не спасёт. Мы недостаточно просвещены, чтобы заслужить спасение. Или, по крайней мере, вы. Ах! — Он стукнул кулаком по собственному бедру. — Если бы я, в своё время, насильно затащил бы вас на свои занятия и заставил бы вас слушать меня, у нас мог бы быть шанс. — Он закрыл глаза и покачал головой из стороны в сторону, затем склонил её от стыда, сознавая свою несостоятельность как провозвестника истинного познания вселенной.
— Не стоит винить себя, Роджер. Наоми делала все возможное, чтобы поднять его моральный дух.
— Лучше, поискать виноватого среди других. Лично я виню Билли Третьего в том, что он нарисовал эту картину. Такое ощущение, что это было началом всего. Это действительно его вина, и если я когда-нибудь увижу его снова… ну… я напомню ему об этом факте. — Практичность ее рассуждений нашла отклик у Роджера.
— Ты права… В этом действительно виноват Билли, не так ли? А старик Винтер, храни господь его душу, тоже очень опасный невежда. Когда всё это закончится, я напишу о них подробный отчет в полицию.
— Ха! — Лаура больше не могла сдерживаться и почувствовала острую потребность посмеяться над ними. — Прошло уже слишком много времени с тех пор, как она в последний раз кого-либо порочила.
— Когда вы перестанете жалеть друг друга и обвинять кого-либо в этом, кроме самих себя, идиотов, тогда мы сможем сделать то, ради чего пришли сюда. — Сквозь поток её оскорблений частичка разумного всё-таки пробилась на поверхность.
— Мы ждем возвращения Тима, но если ты так торопишься вернуться в тот ад, из которого мы недавно выползли, пожалуйста, путь открыт. — Наоми решила, что пришло время снова нанести