— Ту, которую ты придумал прямо сейчас, не сходя с места? — насмешливо спросил Джерри.
— Да, ту самую. — В его голосе не было даже намека на стыд. — Моя гипотеза, согласно которой именно в нашем городе существует гораздо более мощный потенциал ненависти и тому подобных вещей… и так продолжалось уже некоторое время. Каким годом датирован дневник? — Роджер полностью погрузился в роль детектива.
— Примерно 1955-ым, если я правильно помню. — Несмотря на всё то, через что ему пришлось пройти, разум Джерри всё ещё находил место для хранения мелких фактов, которые поначалу казались совсем незначительными.
— Интересно… в самом деле интересно. Что бы ни случилось, это, должно быть, произошло ещё до всего этого. В любом случае, а что произошло дальше?
— Затем безумная толпа ворвалась в библиотеку с намерением не оставить от неё камня на камне. Библиотекарь открыла нам секретный выход. Просто классический трюк. Это привело нас в какое-то тёмное подземелье, а затем мы разделились. Там все было очень запутанно. Не знаю точно, как, но туннель вывел меня в комнату, расположенную глубоко внутри «Большой Коровы», и там я встретил офицера Тима. — Он вдруг вспомнил, что Роджер всё ещё находится в розыске, но только формально. Его преступление больше не казалось столь уж значительным.
— Офицер Тим? Как он там поживает? — Его беспокойство за судьбу офицера было совершенно искренним и определенно в нём было нечто необычное.
— Он всё ещё пытается выполнять свою работу. Я не смог помешать ему войти в туннель, но скажу честно: я даже не помню, пытался ли я вообще что-либо сделать. — Короткий непроизвольный смешок сорвался с уст Джерри.
— Затем я направился к входной двери, где напоролся на кучу полицейских. — Он указал на вход и увидел, что там никого нет, кроме странного человека, который слишком явно пытался спрятаться за серой колонной и намеревался подслушать их разговор с большого расстояния. Он решил оставить его на время в покое; Шерлок не представлял непосредственной опасности ни для кого. Он снова повернулся к Роджеру: “Ты случайно не знаешь, куда делись полицейские?”
— Ты прав. Я, на самом деле знаю это. Я приехал сюда около получаса назад, и мне пришлось некоторое время прятаться в кустах. Они долго спорили о том, будут ли им платить сверхурочные за то, что они просто стоят у входа. В итоге они решили, что их смена закончилась и у них есть данное Богом и государством право вернуться домой. И так они и поступили.
— Вот так вот просто?
— Ну а как ещё? — отвечать вопросом на вопрос было для Роджера одним из маленьких жизненных удовольствий.
— Понимаю как это звучит, Джерри, но думаю, нам придётся вернуться в то подземелье, из которого ты так старался выбраться. Сам я, скорее всего, не смогу присоединиться к вам из-за моей лодыжки, — он подвинул её поближе к Джерри, чтобы подчеркнуть ужасную боль, с которой ему приходилось иметь дело. — На самом деле я подумываю о том, чтобы ампутировать её. Это не самый важный орган в организме…
— Это конечность, а не орган. — прервал его Джерри довольно небрежно. — Кроме того, мне самому действительно не хочется туда идти. Там очень темно, тесно и всё очень запутанно. Немного свежего воздуха – это то, что мне сейчас действительно необходимо. К чёрту все это. Если люди хотят есть друг друга поедом, это их прерогатива. — Он ощущал жуткую усталость от всего этого, и от того, что его хотели заставить делать то, чего ему совсем не хотелось.
— Я оставлю все философские аргументы на потом, но, Джерри, я почему-то сомневаюсь, что правительство позволит кому-либо покинуть этот город в ближайшее время. На самом деле, я не удивлюсь, если они готовятся сбросить на нас ядерную бомбу, просто чтобы быть уверенными в том, что то, что здесь произошло, не распространится на остальную часть страны и останется в тайне. В наши дни у них действительно есть маленькие и не такие громкие атомные бомбы, не сомневайся. Во-вторых, если останется слишком мало людей, то мы потеряем средства и возможности для поддержания всей нашей современной роскоши, и я думаю, что даже ты не готов от этого отказаться. — Роджер знал, как быть убедительным, когда это было необходимо.