На протяжении всей жизни Джеремии Бакстера, а это было около тридцати четырех лет с момента его тихого рождения в декабре 1975 года, он никогда не покидал свой родной крошечный городок Холлоу-Крест в поисках лучшей жизни, понятия, которое он никогда не знал как определить. Ему удалось совершить непостижимый подвиг, вырасти в совершенно здорового, темноволосого и чуть выше среднего роста мужчину, с лицом слегка подпорченным лишь несколькими морщинами, которые появились раньше времени. Его лоб был широк, подбородок упрям и оба выдвались немного вперёд, но не настолько, чтобы сделать это действительно заметным, а темно-карие глаза только подчеркивали его непритязательный и скромный характер. Зачем ему вообще нужно было покидать пределы казавшейся независимой и вечной общегородской крепости, которая с самого рождения удовлетворяла все его потребности и где его принимали как ничем не примечательного члена общества? Ни он, ни его семья никогда не задавались вопросом, чем они будут платить за квартиру в следующем месяце, и они никогда не знали того глубокого ужаса, который приходит с растущей пачкой счетов за коммунальные услуги. На столе всегда была еда, подарки на Рождество и, что самое главное, постоянный доступ в интернет. Что может быть лучше такой жизни?
Формальная Государственная Академия Знаний и Образования в Холлоу Крест — это излишне длинное название, данное местной школе при её создании, во времена, о которых, казалось, уже никто не помнил. Она одновременно выполняла функции начальной и средней школы города. Год за годом она поглощала новых молодых студентов, которым она до смерти надоедала, а старых выплевывала в сбивающую с толку иллюзию свободы. Безупречная система. После окончания большинство из них отправлялось на местный завод по дойке и переработке молока. Местные жители ласково и изобретательно назвали его Большой Коровой за гигантский логотип с изображением животного, который можно увидеть из любой точки города. Коровий страж Холлоу Крест. В отличие от многих своих одноклассников, которые предпочли бы быть где угодно, только не в до боли хорошо продезинфицированных и ослепительно светлых классах, Джеремия скучал в школе только половину времени, наслаждаясь предметами, которые позволяли его воображению немного путешествовать, а именно литературой и историей. Тем не менее, он никогда не использовал это с выгодой для себя, разделяя недостаток энтузиазма своих учителей в отношении образования, уже знавших те карьерные пути, которые в конечном итоге выберет подавляющее большинство их учеников… не говоря уже об их жизненном пути. К счастью, двенадцать лет его умеренных страданий были вознаграждены дружбой с двумя ровесниками, которых он мог бы, если крепко подумать, назвать своими друзьями: Роджером Сильвером и Наоми Вульф.
Проведя вместе безоблачное и незабываемое детство, троица взяла за привычку раз в месяц встречаться за выпивкой в «Янтарном кубке», наименее шумном из двух городских пабов. Несмотря на то, что все трое были безразличны к остальному миру, они находили некоторое утешение в совместной беседе и размышлении, и большая часть их разговоров сводилась к пьяному подшучиванию над реальностью, которую им придётся терпеть в будущем. Для тех, кто был наблюдателен, они стали чем-то вроде городской достопримечательности, тремя как-бы символами города. Если бы они знали об этом, то это, вероятно, не имело бы для них никакого значения.
Бакстеры никогда не нуждались в деньгах, и, как и его отец Патрик до него – упокой, Господь, его душу, сгинувшую в море из-за трагической аварии на прогулочной лодке, – Джеремия нашёл свое жизненное призвание в «Большой корове», основным источником средств к существованию для многих горожан. Монолит с годами приобрёл священный характер, возвышаясь над жалкими жизнями всех, кто под ним и даже над самой историей, которую никто больше не хотел изучать. Однако, в отличие от своего отца – высокопоставленного менеджера, который проложил себе путь в политике и занял некоторое место в сердцах своих коллег – Джеремия находил покой и утешение в роли верного и незаменимого ночного охранника. Название должности само по себе вызывало улыбку; лишь немногие из старожилов могли вспомнить тот день, когда в