день, когда она была создана. Двое друзей взглянули друг на друга, и Наоми предложила совершить очевидный и логически оправданный следуюший шаг в решении их загадки: “Давай её похороним.” Теперь они в равной степени были заинтересованы в том, чтобы сотворить это, поскольку, дело уже приобрело личный оттенок, когда картина выплеснула на них их же химикаты. Более того, теоретически её идея была вполне здравой. Теоретически многие вещи кажутся верными.
Схватив старую лопату, которую она нашла в глубине своего шкафа, предназначенного для ненужных уже вещей, Наоми проследовала наружу, к небольшому пустынному парку через дорогу. Ночь была ещё темна и вокруг было тихо, и все люди крепко спали за окнами их квартир, погруженные в жестокие и красочные сны, за исключением нескольких полуночников, страдающих в тисках бессонницы. В так называемом парке было всего четыре скамейки и небольшой участок земли, едва вмещавший пятьдесят человек. Земля была мягкой и хорошо подходила для копания. Наоми собралась было сделать это сама, но потом вспомнила, что Джерри рядом, и с требовательным видом сунула лопату ему в руки. Тот вздохнул и принялся за работу.
За несколько минут ему удалось выкопать довольно глубокую яму, при этом не повредив ни труб, ни другой инфраструктуры. Настоящее чудо, которое, возможно, стало их первой реальной удачей. Джерри молча указал Наоми на яму и жестом показал, чтобы она бросила туда картину, что она и сделала без особой спешки, уделив немного времени тому, чтобы в последний раз хорошенько её рассмотреть. Сработает ли? Рассеется ли растущее облако неестественных и сильных тенденций, нависшее над ними? Заставит ли это наконец Роджера заткнуться? Кто знает. Они находились на стадии эксперимента, что в их случае означало бросание всего, что ни попадя в стену, чтобы определить, что из этого прилипнет. Она бросила картину в яму и на всякий случай плюнула на неё вдогонку, отчего на лице Джерри на мгновение появилось выражение некоторого удивления и отвращения. Он принялся закапывать яму, и еще через несколько минут все было кончено. Снова установилась тишина, уличные фонари, казалось напевали тихую электрическую мелодию мира и покоя. Джерри схватился за спину; он не привык работать лопатой, и при его, скажем прямо, не совсем идеальной физической форме, это неизбежно приводило к некоторому растяжению мышц.
— Ой! — Вскричал он с возмущением.
— Ты серьёзно? Да тут вообще было нечего делать. — Удивление в её голосе было искренним, но для Джерри, с учётом его боли в спине, оно звучало несколько высокомерно.
— Надо было копать самой, если тут нечего делать. — произнёс он сквозь стиснутые зубы. — Во всяком случае, со мной это случалось и раньше. Просто мне нужно немного полежать. — Он изо всех сил старался не вымещать на ней свой гнев.
— Думаю, мы можем возвращаться домой. Как ты думаешь, ты сможешь идти? — И снова её искренняя забота участие были встречена Джерри с оттенком насмешки. — Тебе придется нести меня. — Но ему было не до шуток.
Обхватив Джерри за плечо и дав ему опереться на себя, оказывая ему всю возможную поддержку, которую способна была дать её стройная фигура, она медленно повела его обратно вверх по лестнице в свою квартиру, шаг за шагом. Всё приключение с картиной, которое в тот момент казалось таким важным, уже начало потихоньку стираться из памяти, но не совсем.
— Ты в самом деле думаешь, что всё закончилось? — Он отчасти надеялся, что это было правдой, но с другой стороны ему слабо в это верилось.
— Честно говоря, я сама не знаю. Очень может быть, что мы сейчас найдем картину, лежащую в моей квартире и ожидающую нашего возвращения. На данном этапе я даже этого не могу исключать. — выразила Наоми свои ожидания
— Ладно, посмотрим. А ведь мы действительно попали в Сумеречную зону, да? — Джерри скорее размышлял, чем задавал вопрос.
Наоми помогла своему раненому другу добраться, наконец, до квартиры и тот рухнул на диван